Французский легион отзывы отслуживших

Про службу в Российской армии часто говорят в связи с унижениями, через которые приходится проходить новобранцам. Покрасить траву в зеленый цвет, перенести кирпичи на другой конец двора, а потом обратно, почистить унитазы щеткой размером с зубную. Говорят, что армия учит подчиняться приказу: просто сделай, как говорит старший по званию, и не думай о причинах и следствиях. Это поможет в бою, где подобным мыслям нет места.

Предприниматель Андрей Кулик побывал в настоящих боях на другом конце света и утверждает, что подготовиться к нечеловеческим испытаниям возможно и без унижения. В этом он убедился во время службы во Французском легионе – войсках, где служат преимущественно иностранцы, образованных в 1831 году.

– Мне было 28 лет, и я жил в Риге. О Французском легионе мы с одноклассником прочитали в одном «желтом» латвийском издании. Во французском консульстве нам помогли заполнить необходимые анкеты, так как языка мы не знали, а через четыре месяца пришел ответ, по-моему, на болгарском языке, что мы можем приехать за свой счет и попробовать пройти тесты, после чего будет принято решение, примут нас или нет. Так, в конце 1992 года мы уехали во Францию.

О причинах

Когда Латвия отделилась от России, я был в море. Пришел домой, а это совсем другое государство. Первое время весь флот был на приколе, работы было мало, так что причин пойти служить в легион тогда казалось достаточно.

Опыт не решает ничего

На первом пункте приема в Меце у нас забрали все вещи и документы. Там же нас ждала первая медкомиссия (всего мы прошли порядка десяти первичных осмотров и проверок). Политика Французского легиона такова, что они сделают из тебя того, кого им нужно, поэтому вопрос психологического и физического состояния – первоочередной. В какой-то период я работал переводчиком в приемном пункте для новобранцев. Туда пару раз приходили наши офицеры, прошедшие Чечню, имеющие ранения, ордена, медали. Им отказывали, потому что тебя не возьмут в легион даже с порезом на руке.

Казалось бы, это готовые люди с военным образованием, офицеры, получившие большой военный опыт, но их не берут, а берут такого, как я, без опыта, но физически и психологически здорового.

Учебка

После месяца обследований от группы из 49 кандидатов остались семь человек. В Доме Французского легиона в Обани мы подписали контракты, после чего нас отвезли на учебную базу в Кастельнодари, где я провел полгода. Там нам устраивали настоящие мучения. Например? Зимой нас отвозили на «ферму» в 150 километрах от Пиренейских гор, чтобы мы в одних рубашках жили в бывшем каменном неотапливаемом бараке. Мучили по-разному: обливали холодной водой, не давали спать, водили в походы. В основном это было связано с физическими и психологическими нагрузками.

Без имени в Джибути

По определенным причинам мои имя и фамилия, а также биография были изменены. На службе это называется «анонима». Так делали не со всеми рекрутами, а выборочно, после собеседования. О причинах решения нам не говорили, но так или иначе на пять лет я стал Александром Кузовым. Изменены были также фамилия и год рождения матери.

По условиям пятилетнего контракта два года нужно было отслужить где-нибудь за пределами Франции, а затем перевестись обратно или сделать то же самое, но в другом порядке. Я решил уехать сразу, выбрав на два года и три месяца базу в Джибути. Официально рекруты должны были проходить адаптационный период, но его не было, и через три дня нас спецрейсом отправили в Ирак, откуда выводили войска после первой «Бури в пустыне». Полгода я провел в Сомали, затем военные операции в Заире, Эфиопии…

Сомали

Сомалийская «мясорубка»

В Сомали я служил в разведбатальоне, а одним из основных видов деятельности было сопровождение топливных американских конвоев. В сентябре 1993 года, когда мы въехали в столицу Сомали Могадишо, в этот момент начался обстрел. Накануне американского бойца выдернули из машины, подвесили на крючки для мяса и протащили по центральной улице. Человек от шока скончался. Американская армия выгнала банду на наш конвой. Началась большая заваруха, перестрелка – мясорубка, одним словом. Причем все происходило в центре города рядом с местными мирными жителями.

Наказание за невыпитый виски

В легионе нужно быть готовым ко всему, но унижений не будет. Ты можешь многого не понимать, почему тебя заставляют делать те или иные вещи, но на самом деле в них есть смысл: поставить в экстремальную ситуацию, граничащую с психологическим срывом.

Когда мы приехали в американскую часть после обстрела, в Могадишо местные военные выстроились и встречали нас аплодисментами. Во время отдыха бойцы американской армии предложили обменяться чем-нибудь на память. Я подарил им свой берет, а кто-то из них достал бутылку виски, которую я взял себе. Это заметил наш офицер.

Понятно, что на заданиях спиртного никто не пьет, хотя в наших столовых всегда стоял жбан с вином, которое можно было пить во время обеда (правда, мы этого не делали, потому что если позволишь себе лишнего, то потом на заданиях будешь «умирать»). Конечно, я не пил этот подаренный виски, но кто будет разбираться? Утром меня вывели из строя и огласили приговор: целый месяц ходить с рюкзаком, нагруженным 20-литровой канистрой с водой и двумя большими булыжниками. В совокупности моя ноша весила порядка 30 килограммов. Ходить с ней нужно было повсюду: в туалет, в душ, только во время сна я ставил ее рядом с раскладушкой. Это тяжело, но не оскорбляет тебя как человека. Кстати, помимо физической стороны наказания, была и моральная: в течение месяца были ограничения в общении.

Немножко расисты

После двух лет службы в Джибути нас привезли обратно во Францию, где сразу очень жестко упаковали в часть для прохождения медкомиссии. Люди прилетали из Африки, Французской Гайаны, так что никто не знал, в каком состоянии прибывают военные.

Откровенно говоря, нас всех нужно было изолировать на какое-то время, чтобы дать возможность отдышаться. Даже наши манеры сильно отличалось от европейских. Когда среди белого населения мы видели чернокожих людей, то сразу начинали… проявлять свои эмоции. Признаюсь, что после военных действий в Африке становишься немного расистом. Потом это, конечно, проходит, и ты адаптируешься к мирной жизни, хотя кому-то этот процесс дается с трудом и некоторые попадают в тюрьму: то, что можно было делать в Африке, нельзя делать во Франции.

Старый советский паспорт

В зависимости от физического состояния нам давали отпуск. Меня для восстановления определили на три месяца в небольшой реабилитационный центр Французского легиона «Мальмуск» в Марселе. Там можно было находиться в гражданской одежде, бесплатно есть и получать медицинское обслуживание, а главное – за нами никто не следил. Я приехал в «Мальмуск», положил свои вещи в комнату и начал разрабатывать план, как же мне отсюда удрать домой.

Читайте также:  Что делать если вылетает русская рыбалка 4

В отпуск я, конечно, хотел поехать домой, в Ригу. Но тем, кто становился анонима, было строжайше запрещено покидать территорию Франции. При себе у меня были только военные документы с измененным именем и советский заграничный паспорт. В итоге границы внутри Евросоюза я пересекал по форме, а часть – как гражданское лицо.

Военный документ

Проблема заключалась в том, что добраться до Латвии можно было через Польшу, которая тогда еще не входила в ЕС. На границе я отдал старый загранпаспорт, в котором не было ни одной отметки о въезде, но были вложены 100 долларов. Пограничник посмотрел на документ и поинтересовался, каким образом я оказался здесь: в паспорте нет ни одной визы! Инопланетянин, что ли? В итоге меня пропустили: пограничникам было важнее, чтобы я выехал.

Дезертировал…

Полтора месяца я пробыл дома и, когда пришло время возвращаться, просто сделал по старому паспорту туристическую визу во Францию и уехал: вернулся в «Мальмуск», открыл дверь своего номера, переоделся и продолжил отдыхать, так как у меня оставалась еще неделя в запасе.

Я дал согласие учиться на младшего офицера и ждал отправки на новое место, но внезапно получил известие из дома – мама серьезно заболела. Когда диагноз подтвердился, я понял, что нужно съездить домой, хотя бы ненадолго.

Сперва я хотел разрешить ситуацию без конфликтов – получить разрешение съездить домой, но в ответ получил достаточно жесткое «нет». В один прекрасный момент я вызвал такси, попросил водителя подъехать не к центральному входу, а объехать часть. Сослуживцы помогли мне с чемоданом перебраться через колючую проволоку с помощью матраса, и я, грубо говоря, дезертировал.

Забудь про деньги – испытай себя

Тем, кто сейчас думает о службе во Французском легионе, я бы посоветовал четко определить для себя, зачем тебе это нужно. Сразу хочу сказать, что это не то место, где зарабатывают деньги. Финансово компенсировать службу не удастся. В 93-м году те 3 тысячи долларов, что я зарабатывал в легионе, были большой суммой, но у всего есть своя цена: за это нужно было круглые сутки носить бронежилет и спать с автоматом. Сейчас такие деньги можно делать в России.

Французский легион – это место для молодого парня 20 с небольшим лет, где он сможет испытать себя. Ведь если ты не понимаешь, зачем исполняешь тот или иной приказ, то приходится воспринимать это на чистом альтруизме, а у человека после тридцати его гораздо меньше.

У меня был сослуживец из Швеции, чей папа был руководителем одной из крупнейших мировых табачных компаний в европейском сегменте. На его фотографиях были спортивные автомобили, виллы и так далее. Когда я спросил, зачем он здесь, то в ответ услышал, в общем-то, то, что называется «стать мужчиной». Я тоже придерживаюсь этого мнения: для того чтобы им стать, в жизни нужно поесть чего-то не очень вкусного, закалить себя. Сидя в кафе, этого не сделаешь. К сожалению, сейчас мужчины и авторитеты меняются.

Житель Карагандинской области Олег Серов в 18-летнем возрасте с первой попытки поступил во Французский Иностранный легион. Журналистам газеты "Криминальные новости" удалось взять у парня интервью по скайпу.

Олег рассказал, что в легионе ему все нравится, у него появились друзья – два белоруса и украинец. "Язык французский очень нравится, страна красивая. В Альпах уже был, в Ницце", – сообщил он. Самым трудным оказалось то, что "не давали общаться с родителями". Впрочем, возвращаться в Казахстан солдат не планирует, хотя очень скучает "по домашней еде, бешбармаку, халве".

Олег признался, что "месяцев через пять" сможет принять участие в военных действиях: "Смотря какая кампания будет. Куда – не знаю, в основном в Африку". По словам Олега, его сильно поразило то, как быстро идет обучение. "Мины уже взрывали, стрелять научились, с парашютом прыгали", – говорит юный легионер.

На вопрос, что он посоветует желающим попробовать себя так же, ответил: "Рискуйте, если уверены в себе. Но помните, что слабых духом тут нет. У нас несколько дезертиров было, просто не выдержали и сбежали ночью". Он отметил, что в легионе "запросто можно получить, если тупишь".

Также Олег сообщил, что штатские французы очень почтительно относятся к легионерам. "Улыбаются, уступают место, как дела спрашивают, была ситуация, когда мне старик-француз место уступить пытался. Горожане вообще любят своих легионеров. А форму снимешь, не заметят", – поделился парень.

Отец Олега – сорокалетний Сергей Серов – вполне одобряет выбор сына. Но говорит, что вначале желание сына стать легионером было для него неожиданностью.

"Конечно, все началось с Ван Дамма и "Самоволки", – улыбается Сергей. – Вообще, я считаю, что для мужчины быть военным – лучший выбор, сам работал в военизированной службе. Олега мы растили настоящим мужчиной, дети у нас перед телевизором и за компьютерными играми штаны не просиживали, они читали хорошие книги, занимались спортом, учили разговорный казахский язык. Во втором классе он у меня 140 раз отжимался от пола и 11 раз подтягивался, ходил на футбол, рукопашный бой, борьбу. Ни криминальных репортажей, ни рекламы, ни пропаганды насилия и культа денег, что бесконечно льют с экрана в головы нашим детям, мы в свой дом не допускали – телевизора просто нет. Олег учился на четверки, но всегда хотел быть лучшим".

По словам отца, сына никогда не прельщала накатанная схема: армия – шахта – женитьба – дети – быт. "Я всячески поддерживал в нем стремление кардинально изменить свою жизнь. Мы отдали его в спортинтернат на легкую атлетику, мальчишка легко адаптировался, никогда не жаловался, хотя там довольно строгие порядки, имел кучу друзей, стал кандидатом в мастера спорта. Но особых спортивных талантов не было, не звезда, короче", – рассказывает Сергей.

После школы Олег попытался поступить в одно из силовых учебных заведений Казахстана, прошел медкомиссию. Но, как признался отец парня, в вузе обозначили такую неподъемную сумму взятки, что при всем желании они не смогли бы столько собрать.

Из Академии ФСБ России им пришел вежливый отказ – нужно было российское гражданство. "Службу в нашей армии, честно, не рассматривали – известия о почти ежемесячно гибнущих там мальчишках желания не добавляли", – говорит отец легионера.

Тогда Олег поступил в вуз, но отучившись там год, решил все бросить и поступать в Иностранный легион. "Мама ужаснулась, а я засел в Интернете. Почитал многочисленные форумы "диванных" и реальных легионеров и понял, что попытаться стоит. Что теряем?! Мы написали и отослали туда письмо на электронный адрес. Через пять дней пришел ответ на английском, с анкетой. Это подкупило – мы нужны! Я сказал сыну: "Решил – езжай. В шахту всегда успеешь". Выехать 18-летнему пацану во Францию из Казахстана нереально, визу никто не даст. В общем, сделали мы ему литовскую визу, Шенген, купили билет "Караганда – Франкфурт – Марсель – Рига". И 6 января этого года он улетел. А там пальмы, солнце, жара! Пацан, который никогда заграницы не видел, был в полном восторге", – рассказывает Сергей.

Читайте также:  Универсальный мультибрендовый пульт lg что это

После того, как Олег добрался до пункта назначения, связь с ним оборвалась: "Не было вестей две недели. Мама тут с ума сходила. Через 14 дней позвонил его приятель по поступлению, молдаванин. У Олега с ним был договор: кого выкинут первым, тот и звонит родителям. Друг получил отказ без объяснения причины".

"Вообще, никто до сих пор не знает, по каким критериям берут в легион, – продолжает отец Олега. – Да, есть набор физтестов – знаменитый челночный бег Люка-Леджера, тест Купера, лазание по канату без помощи ног, подтягивание, отжимание. Знание французского необязательно, там быстро научат, если поступишь. Есть тест на мотивацию, но самое главное – пройти особый отдел легиона, так называемое "гестапо", в котором, как говорят, тебя могут даже избить. При входе в ворота легиона у них отбирают все документы, заставляют сломать все карточки, права, рвут и выбрасывают все дипломы, кто сдуру взял с собой. Типа обратной дороги нет. Не поступил – отдают только паспорт, выбрасывают за ворота, и делай что хочешь".

"Когда Олег сидел на экзамене в "гестапо", ему велели достать и сломать карточку "Виза". Он беспрекословно сломал ее – благо денег там было совсем немного. Тест идет на русском, через переводчика. Вопросы очень странные, постоянно повторяющиеся, только иными словами: "Чем занимаются родители? Какая у них машина? Есть ли у вас дома собака?" И опять: "Где работают родители?"… Здесь главное не врать. Это не проходит, враз раскусят и – дефинитив. Была даже попытка оскорбить лучшие чувства: там попытались перефразировать девичью фамилию матери, якобы она неприлично звучит для французского уха… Явная провокация. Олег сделал вид, что не расслышал. Могут ударить, могут начать орать ни с того ни с сего. Там работают отличные психологи и знают, с кем и как можно обращаться, чтобы спровоцировать, проверить. Потом построение: не поступил – говорят: "Сивиль" – и в сторону. Поступил – в другую", – рассказал Сергей.

Самым тяжелым испытанием после поступления в Легион оказалась так называемая "ферма". "Это такой карантин на две недели, – продолжает папа Олега. – Это очень тяжело. Новобранца начинают опять ломать, но уже физически. Не дают спать: всего три-четыре часа в сутки. Повсюду очень грубое отношение, утренняя пробежка 15 километров, кормят плохо, сладкого не дают. Олег там первую неделю пролежал в госпитале – палец на ноге загноился, притащил из города упаковку "Баунти", так там счастья у пацанов было – вот теперь-то мы все выдержим! Усиленное изучение французского. Учат там просто: Олег рассказывал, что впервые видел, как человек засыпает – словно сознание теряет. Сидит за партой, зубрит, а потом вдруг носом в нее втыкается и спит мертвым сном. Тут его капралы подхватывают и головой в бочку с водой окунают – будят. Запросто побить могут палками, аж до щепок, но за дело, никто просто так лупить не будет. Дедовщины там нет, но есть уставщина. Теперь Олег лучше всех новобранцев знает французский. Кстати, еще умный подход: в кубрике их селят по четыре человека – два франкоговорящих и два без знания французского. Они там очень много поют на французском, марши и просто песни – это древняя традиция легиона. Идут – поют, стоят – поют. Язык доходит сразу. На "ферме" и в грязь с головой окунаются, и в дерьме плыть приходится – служба. Спать иногда приходилось в яме, на голой земле – это посреди зимы, просыпаешься – ноги сводит, но идешь. Иногда что-то кололи в мышцу, видимо, от простуды, по всему телу тепло расходится и энергия прибавляется. И смотрят, наблюдают, как новобранец ведет себя, постоянно провоцируя на дезертирство. Олежка все выдержал".

Сейчас Олег Серов служит в боевом полку в городке Сен-Кристоль, родине тамплиеров. "Ему уже платят, деньги капают на счет – 1200 евро в месяц, причем легионеры на полном обеспечении. Нет налогов. Медстраховка. Для легионеров множество льгот, например, они втроем ездили в Ниццу. Франция – дорогая страна, обычный билет туда и обратно обошелся бы одному человеку в 500 евро. А они втроем 35 заплатили – льготы. В полку их кормят как в ресторане: устрицы, мясо любое, салаты всякие. Он все их знаменитый рататуй пытался распробовать – дерьмо, говорит, невероятное. И еще все французы помешаны на сыром мясе – стейки с кровью выглядят так, будто просто кусок мяса разогрели в микроволновке и все. Много праздников, и выходные, как у всех французов. Можно поехать в Париж, Ниццу, Альпы", – говорит Сергей.

"Этот полк что-то вроде учебки, солдат отбирают для специализации. В легионе всего 11 полков, у всех разная специализация: джунгли, лес, вода, в том числе и подводные диверсанты, пустыня и так далее. Есть инженерные войска, есть спасатели, есть кинологи. У солдата обязательно спрашивают, где он хочет служить, его выбор важен. Олег мечтал посмотреть джунгли, французскую Гвиану, легион там космодром охраняет. Но мы побоялись, что в джунглях его палец совсем загниет, влажность без привычки тяжела. Потом он обязательно послужит в Гвиане, это здорово – увидеть настоящие тропики! Пока Олег выбрал специализацию "горы". В учебке он был в Пиренеях, на горнолыжной подготовке, учился ездить на горных лыжах в полной выкладке, сдавал экзамен. Были длительные маршброски в экипировке 40 килограммов – по 80, 100 километров, где-то шагом, где-то бегом. Олег там на ходу спал, ноги идут, а сам спишь – вышел из строя, тебя друзья обратно закинули, и опять спишь и идешь. Однажды час и пятнадцать минут быстрым темпом непрерывно бежали в гору, очень тяжело было. Был стаж "плавание", но ему это было тяжко, там плавают на скорость в экипировке. Но, несмотря на все это, он там хорошо поправился", – рассказывает папа.

Со слов Сергея, в легионе не запрещают курить и пить. Но пьют в меру: "Никто не ужирается, никто не дебоширит, злых и агрессивных, как ни странно, вообще нет. Драк тоже нет, с этим строго. Тест на наркотики сдают каждую неделю, и вылететь за нарушение можно в секунду".

Читайте также:  Устройство и принцип работы обратного клапана вытяжки

Отец казахстанского легионера также сообщил, что в легионе существует деление на земляков. "Самое сильное землячество, не считая мадагаскарского, это русское. А русскими здесь называют всех выходцев из СНГ. Славян вообще очень много, парашютно-десантный полк весь славянский – это белорусы, украинцы. Казахстанцев крайне мало, был когда-то парень из Астаны. Румын, португальцев много, очень много монголов. Олег там самый молодой, из всего полка в 1000 человек. У старших к нему отношение слегка покровительственное, типа сынок, сын полка. Многие удивляются, что он там такой юный делает. Попасть в легион в 18 лет практически невозможно. Средний возраст – 27-25 лет", – делится собеседник издания.

"Зато когда он полный контракт в пять лет отслужит, ему будет всего 23 года. Мы мечтаем, что он поступит во Французскую военную Академию Сен-Сир, туда берут только французских граждан и только до 25 лет. И с идеальным знанием французского языка. Шансы есть. Если хорошо служить, то можно к 25 годам стать сержантом, а это уже черное кепи, это офицеры, и жалованье там несоизмеримо большее. Франция – это страна вояк, это рыцарство, три мушкетера, тамплиеры, там военные у них в почете", – говорит отец.

Французский Иностранный легион – войсковое соединение, входящее в состав сухопутных войск Франции. Был создан 9 марта 1831 года королем Луи-Филиппом I. В настоящее время около семи с половиной тысяч человек из 136 стран проходят службу в одиннадцати полках легиона.

В одну из прогулок с туристами по Страсбургу, наткнулись на передвижной вербовочный пункт — агитировали записываться во Французский Иностранный Легион.

Немного фактов об этом интересном воинском соединении: французский король Луи Филипп Первый 9 марта 1831 года подписал уках о создании Легиона, на основе полка немецких наемников. Тогда как в регулярной французской армии могли служить только французские подданые, то в Иностранный легион мог поступить любой, поэтому в указе прописывалось, что Легион создается только для действий за рубежами Франции. Надо сказать, что за почти 190 лет существования, Легион поучаствовал в военных конфликтах по всему миру — конечно, в африканских колониях Франции (Тунис, Судан, Марокко, Мадагаскар, Мали, Алжир и т. д.), в Мексике, в Индокитае, на Ближнем Востоке (Ливан, Сирия), в Югославии (Босния, Косово), а в Крымскую Войну в 1854 году и у нас отметились.

Официально Иностранный Легион придан Военным Силам Франции, находящимся в подчинении Министра Обороны. Но, фактически, Легион подчиняется только Президенту Франции.

Девиз Иностранного Легиона — «Честь и Верность»!

Цвета Легиона — красный и зеленый. Зеленый символизирует страну, красный — кровь. Причем, когда Легион ведет боевые действия, то красный сверху, т. е. «кровь на стране», если Легион пребывает в мирном состоянии, то зеленый сверху.

В разное время количество наемников в Легионе достигало 45000 человек, сейчас всего 7700. Через службу в Иностранном Легионе прошли люди 52 национальностей, в настоящее время служат представители 136 (. ) стран! Третья часть наемников — из восточной Европы и стран бывшего СССР.

Как повелось еще при Луи Филиппе, и до настоящего времени, служить в Иностранном Легионе разрешено инкогнито. Но, если раньше документы вообще не требовались, то сейчас паспорт забирают, что называется, «на входе», и его проверяют на предмет преследования Интерполом. Если у соискателя нет проблем с этой уважаемой организацией, то он допускается до психических, физических и медицинских тестов. В случае успешного прохождения тестов, соискатель подписывает контракт, при этом ему выдадут документы на любые имя и фамилию, могут сделать документы с другой биографией, выдуманными родителями и т. д. Забегая вперед, скажу, что при увольнении, он может поменять две буквы в новых имени и фамилии.

Немного о тестах. После того, как соискатель, сдав паспорт, перешагнул порог пункта вербовки, он находится там несколько дней, пока его проверяют на то, не состоит ли он в розыске через Интерпол. Если все нормально, то его отправляют в Марсель, где в течении еще нескольких дней его тестируют на проф.пригодность. Тесты на внимание, сообразительность и медицинская проверка. Затем — проверка физических возможностей. Ничего сверхестественного -50 приседаний, 30 отжиманий, 6-метровый канат без помощи ног, и легкая пробежка 2800 метров не медленнее, чем за 12 минут. Если не подошли, то соискатель получает компенсацию в размере 30 евро в день, если подошли, то заключается контракт.

Первый контракт подписывается на 5 лет, через 5 лет можно продлить на срок от 6 месяцев до 10 лет. Легионер служит сначала рядовым, затем может быть повышен до капрала, далее до сержанта. Офицером может стать только гражданин Франции, на гражданство можно претендовать после 3 лет службы или ранее, в случае ранения! ( хорошая быстрая возможность стать гражданином страны Евросоюза!). Легионер находится на полном государственном обеспечении, получает на счет немного более 1000 евро, через 19,5 лет службы ему назначается полноценная пожизненная пенсия, независимо от страны его проживания. Даже если легионер прослужил только один контракт — 5 лет — он имеет право на дальнейшее проживание в «Доме ветеранов».

Один из моих туристов попробовался, но староват оказался, т. к. вербоваться можно только мужчинам в возрасте 17–40 лет:

Жениться легионерам можно, если они отслужили один год, находятся в сержантском звании, и только по настоящим документам!

За время существования Иностранного Легиона в различных конфликтах погибли 36000 легионеров.

Увидев этого красавца, ВСЕ женщины моей группы во главе со мной готовы были завербоваться, но… увы… женщин не берут! За весь период существования у них служила ОДНА женщина, в 40-х годах. Куда местные феминистки смотрят? Я могу пройти тест на физ. подготовку!

В Иностранном Легионе есть пехотные, танковые (хотя у них только БМП-ешки и БТРы), саперные и парашютно-десантные подразделения, в виде 7 полков, + 1 учебный + 1 спец. отряд + полубригада.

Офицеры не давали себя сфотать, сразу отворачивались, но я увидела у них женщину и пристала с расспросами. Она не входит в Легион, так, на вербовке «подайте патроны».

Пришлось довольствоваться фото с манекеном:

Еще один интересный факт — строевой шаг у Легионеров вполовину медленней, чем у остальных войсковых соединений, т. к. рассчитан на пески пустыни.

Из известных "наших" можно назвать две фамилии – Зиновий Пешков (родной брат Якова Свердлова, дослужился до 4-х звездного генерала) и Малиновский.

В настоящее время Иностранный Легион базируется в материковой Франции, на Корсике, во Французской Гвиане, на Коморских островах, в ОАЭ, и на атолле Муруроа в Тихом океане. Добро пожаловать!

Оцените статью
Добавить комментарий

Adblock
detector