No Image

Современная ситуация в чечне

СОДЕРЖАНИЕ
0 просмотров
22 января 2020

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

Правозащитник Олег Хабибрахманов рассказывает об ужасах в Чечне под железной рукой Рамзана Кадырова.

Олег Хабибрахманов — один из последних чеченских правозащитников, которые продолжают появляться в Грозном. Он в клочья раздирает образ отстроенной и мирной Чечни, который всячески пытаются сформировать в Кремле. По его словам, в республике процветают террор и коррупция, а сама она до сих пор остается пороховой бочкой.

Le Point.fr: Как сегодня Рамзан Кадыров правит Чечней?

Олег Хабибрахманов: Рамзан Кадыров считает, что силы безопасности — основа его влияния. А все его влияние опирается на репрессии. Это его главный инструмент. У него есть две полиции. Обычная занимается поддержанием общественного порядка, а спецподразделения формируют его личную гвардию. Эти люди, кадыровцы, стоят над законом. По разным оценкам, их от 6 000 до 20 000 человек. Их можно узнать по черной форме (такой не носит больше ни одно российское подразделение), они прекрасно вооружены и прошли военную подготовку.

— Но ведь в Грозном теперь мир, его отстроили.

— Безусловно. Его даже называют кавказским Дубаем! В то же время безработица там высока, коррупция повсюду, а качеству жизни чеченцев не позавидуешь. Там полно небоскребов и роскошных домов, но они по большей части пустуют. По чеченским традициям состоятельный человек должен жить в собственном доме. Поэтому в квартирах живут люди более скромного достатка, и роскошные апартаменты оказались никому не нужны. Именно поэтому Жерару Депардье подарили пентхаус в Грозном!

С чеченцев постоянно требуют деньги. Они должны платить за все. Когда человека берут на работу в какое-нибудь госпредприятие, ему нужно отдать полугодовую зарплату тому, кто его нанимает! То же самое касается социальных и семейных пособий и даже пенсий. Чтобы их получить, нужно «поделиться» с чиновником, который их выдает. В этом весь абсурд экономики республики. Сама Чечня ничего не производит. Ее бюджет на 100% субсидируется из федерального. Клан Кадырова стремится подгрести под себя большую часть этой манны.

— Разве Путину не удалось положить конец конфликту?

— Во время второй войны в Чечне Кадыров-отец перешел из лагеря сепаратистов в российский и убедил последовать за собой немало сепаратистских лидеров. Однако разговоры об искоренении сепаратизма и терроризма могут показаться некоторым чеченцам оскорбительными, потому что они считают это борьбой за независимость.

Поэтому «успех» Путина в борьбе с терроризмом оказался весьма относительным. Большинство вооруженных боевиков просто перешли в соседние республики, Ингушетию и Дагестан. Проблема просто переместилась. Кадырову же выгодна террористическая угроза. Он манипулирует ей, чтобы добиться большей поддержки от Путина и федерального правительства.

— В Чечне больше нет терроризма? Но ведь поговаривают, что в рядах Исламского государства сражаются 2 500 чеченцев.

— В декабре 2014 года вооруженная группа устроила нападение в Грозном. По официальным данным, погибли 14 полицейских. В ответ Кадыров дал интервью, в котором пообещал, что с семьями нападавших (их всех убили) поступят по законам гор. Но что это значит? Как объяснил сам Кадыров, их дома сожгут, а родственников вышлют из страны. А чеченские семьи — большие семьи. Семьи террористов устанавливают тесные связи между собой для совместной борьбы с репрессиями.

Всего несколько недель спустя Кадыров сказал, что убийцы Бориса Немцова — настоящие патриоты, которые никогда бы не причинили зла России, но что если они виновны, их должны судить по российским законам. Удивительно, что Кадыров опять не упомянул тут закон гор. Ему не свойственно бросать своих. А обвиняемые официально входят в его личную гвардию и очень ему верны. Ему не просто от них отказаться. Раз речь тут идет о бойце батальона «Север», он не может быть простым козлом отпущения.

— Как вообще осуществляется контроль над чеченскими силами безопасности?

— Когда нам становится известно о похищении человека или преступлении армейского подразделения, мы обращаемся в Следственный комитет РФ, который должен провести обыски и допросить ответственных офицеров. Но когда следователь прибывает в Чечню, у него нет никакого доступа. Ему может пригрозить расправой даже простой полицейский. Офицеры обычно отказываются разговаривать с ним и не пускают его на территорию части, хотя следователь и уполномочен российским правительством.

— Какие отношения у Путина и Кадырова?

— Режим Кадырова абсолютно авторитарный. Он не слушает никого кроме Путина, и никто не может ничего ему сказать. Путин и Кадыров зависят друг от друга. Они нужны друг другу. Путин, понятное дело, намного важнее. Он хочет создать полицейское государство: под полицией в данном случае подразумеваются репрессии и информаторы. Сегодня в Чечне всем страшно. И это устраивает Путина, потому что формирует определенный баланс. Если баланс нарушится, это может привести к вооруженному конфликту. Уход Путина вновь поставит вопрос принадлежности Чечни к Российской Федерации. Стабильность Чечни опирается лишь на страх.

Приведу вам пример. Три месяца назад в родном селе Кадырова Центарое какой-то подросток нарисовал на стене исламистский флаг с надписью «Центарой поддерживает Исламское государство». Это вызвало настоящий шок. Говорят, что Кадыров плакал. Журналист написал, что это дело рук сына одного из заместителей министра внутренних дел. Отец сам передал его Кадырову. И с тех пор его больше не видели.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Эксперты опубликовали доклад о реальном положении дел в самом «мирном, безопасном и стабильном» регионе Северного Кавказа

Фото: «Новая газета»

  • 30 июня неправительственная организация «Международная кризисная группа» (штаб-квартира в Брюсселе) опубликовала доклад «Чечня: внутреннее зарубежье». В докладе всесторонне проанализирована модель функционирования Чеченской Республики за последние 10 лет. На основе кропотливо собранной, эксклюзивной информации авторы доклада, известные российские эксперты Екатерина Сокирянская и Варвара Пахоменко, дают полный политический, идеологический, религиозный, силовой и экономический расклад чеченской реальности и подводят к неутешительному выводу: «Республика все больше отделяется от России, а положение дел таково, что оно еще больше отталкивает тех чеченцев, которые искренне хотят быть частью российского государства».

    Доклад рассчитан на массового читателя. Его цель — восполнить вакуум объективной информации о самом проблемном и, одновременно, мифологизированном регионе России и удовлетворить информационный запрос на Чечню, который последнее время стабильно демонстрирует российское общество.

    «Новая газета» публикует полную версию доклада и интервью с одним из авторов — аналитиком программы по Европе и Азии Международной Кризисной группы Екатериной СОКИРЯНСКОЙ .

    Сокирянская Екатерина Леонидовна

    кандидат политических наук, имеет степень PhD в Центральном Европейском университете (Будапешт). С 2003 по 2008 годы работала в отделениях ПЦ «Мемориал» в Чечне и Ингушетии, преподавала в Чеченском государственном университете. С 2008 по 2011 курировала программы ПЦ «Мемориал» в Дагестане и Кабардино-Балкарии, проводила исследования ситуации с нарушениями прав человека в этих республиках, организовывала открытие новых представительств «Мемориала» в Нальчике и Махачкале. С 2011-2014 годы возглавляла представительство Международной кризисной группы в России, отвечая за проведение исследований на Северном Кавказе. В настоящее время является аналитиком программы по Европе и Азии Международной Кризисной группы.

    — Один из самых тревожных выводов вашего доклада — следующий: «Стабильность в Чечне хрупка и слишком персонифицирована, существуя благодаря связи между Рамзаном Кадыровым и Владимиром Путиным. Кремль создал эту систему и поддерживает ее, но он не контролирует события на местах. И хотя чеченский лидер, очевидно, искренне лоялен российскому президенту, сомнительно, что эта лояльность передастся его преемникам. Если в Москве изменится политическая расстановка сил, силовые структуры Рамзана могут создать проблемы Кремлю». Что вас привело к этому выводу?

    — Дело в том, что многолетний российско-чеченский конфликт не разрешен, он загнан вглубь. Сегодня мир в Чечне можно назвать миром в минимальном значении слова — отсутствия войны. Вместо реального политического решения и интеграции региона в общероссийскую действительность все последние годы мы наблюдали имитацию этих процессов. В результате та модель урегулирования ситуации в Чечне, которая существует сейчас, не способна привести к долгосрочному миру. Эту модель можно трансформировать бескровно, точнее это пока еще можно сделать с минимальными всплесками нестабильности. Но для того, чтобы что-то менять, надо по возможности максимально правдиво описать и признать то, что мы имеем сегодня в Чечне. И объяснить, почему в долгосрочной перспективе система работать не будет. Именно такую задачу мы перед собой ставили этим докладом. Если не начать разрешать те проблемы, которые мы выявляем и анализируем в каждом его разделе, случится взрыв. Он может принять форму нового витка конфронтации между Россией и Чечней, и безусловно будет всплеск насилия внутри чеченского общества. Я все время подчеркиваю, что необходимо примирение как внутри чеченского общества, так и между чеченцами и русскими. Об этом не принято сейчас говорить, но это правда. Была война, с обеих сторон погибли люди, но процесс примирения так и не был запущен.

    Читайте также:  Хороший монитор для игр недорого

    — Каков диагноз?

    — На территории России существует регион, который будучи де-юре частью России в реальности является почти независимым политическим образованием.

    Чечня живет по собственным законам, в собственном правовом поле, причем, оно действует не только в режиме контртеррористических операций, но и во всех сферах права. Чечня имеет свою собственную политическую систему, отчасти отражающую общероссийские тенденции, но, по большому счету, это уникальный для России политический режим крайне жесткой единоличной власти. Этот режим основывается на культе личности республиканского лидера, имеет свои силовые структуры, свою идеологию, свою религиозную политику, свои международные отношения и собственную параллельную экономику.

    Это государство в государстве, в котором федеральные российские институты контролируются местными стронгменами, лояльными в первую очередь местному режиму и в гораздо меньшей степени той федеральной институции, сотрудниками которой они являются. Федеральные структуры, которые там есть, не способны предпринять никаких действий против желания республиканского руководства. Это одна сторона медали. А вторая заключается в том, что такая политическая структура создана Москвой, поддерживается Москвой, ее гарантом являются российские силовые структуры. Финансируется этот режим почти полностью Москвой и ею же покрывается.

    — События последних месяцев показали, что в руководстве России есть люди, которые понимают опасность «чеченской модели» для целостности страны. В это число входят федеральные силовики и сотрудники Администрации Президента. Способны ли они повлиять на ту политику Москвы, о которой вы говорите?


    Фото: РИА Новости

    — Кадыров — креатура президента РФ. Идеологами модели разрешения чеченского конфликта, которая была нам предложена, являются Администрация Президента и лично Путин.

    Президент публично одобряет то, что происходит в Чечне. Он, в отличие от обывателя, прекрасно понимает, какие процессы там идут. Это стало очевидно, когда он рекомендовал Украине использовать ту же модель в отношении ДНР и ЛНР.

    Путин прямо и четко обозначил ее ключевые столпы: покупать сепаратистский регион независимостью и деньгами. И это именно то, что происходит в Чечне уже более 10 лет. Поэтому недостаточно понимания проблемы в федеральных силовых ведомствах. Без политической воли Кремля ничего сделать нельзя.

    — По вашему мнению, Владимир Путин прекрасно понимает, к каким рискам привела модель по усмирению Чечни. Более того, сам предлагает Украине модель, угрожающую территориальной целостности государства.

    — Я думаю, что Путин как человек, который долго находится у власти и собирается продолжать управлять страной, считает, что со временем загнанный внутрь старый конфликт и возникшие новые станут менее актуальными. Пока и он, и Кадыров у власти, существующая модель будет работать, и никаких территориальных угроз для России нет. Но поскольку стабильность в Чечне крайне персонифицирована и поэтому очень хрупка, при любом изменении статус-кво в Грозном или Москве, которое приведет к незапланированному слому модели, возможен новый кровопролитный конфликт.

    — То есть, если завтра что-то случится, что мы имеем?

    — Во-первых, Кадырову будет непросто найти общий язык с любым преемником Путина. Даже когда страной руководил Дмитрий Медведев — очень близкий Владимиру Владимировичу человек, — Кадыров сохранял лояльность только Путину. Если же будет более радикальная смена власти в России, то это та потенциальная ситуация, когда сегодняшний чеченский режим может сделать новый выбор в пользу противостояния с Москвой. Ведь позиции самого Кадырова очень уязвимы. Если не будет больше такой поддержки Кремля, в первую очередь, военной и экономической поддержки, — долго ли сохранится статус-кво в Грозном? Это вопрос, на который есть почти однозначный ответ.

    — А что вы понимаете под военной поддержкой чеченского режима? Это так называемая армия Кадырова? Или это российская армия?

    — После отмены контртеррористической операции в 2009 году около 20 000 российских военных были выведены из Чечни. Но тем не менее, российские войска и другие силовые структуры остаются в Чечне и на Северном Кавказе. И мы все прекрасно понимаем, что федеральная силовая поддержка армии и МВД, которые не участвуют активно, но присутствуют, и является гарантией безопасности режима Кадырова.

    — А как тогда рассматривать упорное желание Кадырова избавиться от последнего форпоста федеральных военных в Чечне — от Ханкалы?

    — Это двоякая ситуация, и она осложняется тем, что у чеченского лидера действительно много оппонентов среди федеральных силовых структур. Тем не менее, решает все верховный главнокомандующий, и именно он обеспечивает режиму Кадырова поддержку федеральных силовиков, по-видимому, порой вопреки их желанию и позиции. Самому Кадырову, конечно, хотелось бы, чтобы российских военных было поменьше на территории региона, потому что тогда его власть ничем не ограничивалась бы. Ведь они, с одной стороны, обеспечивают безопасность режима, а с другой, являются все-таки некой сдерживающей силой в отношении самого Кадырова. Это в какой-то степени контроль.

    — Совершенно невероятное для руководителя любого российского региона заявление — приказ Рамзана Кадырова стрелять на поражение в российских силовиков — не случайно было сделано на русском языке. Кадыров, который на 99% выступает в публичном пространстве на родном чеченском языке, явно хотел, чтобы его услышали за пределами Чечни. Жесткой реакции на это заявление не последовало, ситуацию предпочли замять. Но допускаете ли вы, что ситуация даже при сохранении нынешнего баланса сил, может дойти до вооруженного конфликта?

    — Я практически исключаю такую ситуацию, потому что по большому счету и Москва, и Грозный держат себя в рамках, и я склонна считать связь Кадырова и Путина достаточно личной и искренней. В жизни Кадырова очень важна модель сильного старшего мужчины, прежде — его отца, а сейчас президента страны. Но вопрос в том, попытается ли кто-то поставить под сомнение его власть в Чечне, в том числе сам Путин, человек гораздо более прагматичный и менее сентиментальный.

    Изменение статус-кво в Чечне возможно, только если Путин поймет, что процессы в Чечне наносят вред его репутации, его имиджу.

    И тогда возможны либо резкие изменения, либо попытка ползучего захвата сфер влияния Кадырова, размывание его монополии на власть в Чеченской республике. Именно так Рамзан и понял попытку ставропольских полицейских задержать Джамбулата Дадаева в Грозном. Силовики попробовали приехать и сделать то, что они регулярно делают в Ингушетии, в Дагестане и других регионах Северного Кавказа. Но — не в Чечне, потому что Рамзан — единственный, кто контролирует силовиков на своей территории. Подобные операции они в Чечне проводят сами. И Кадыров очень четко понял этот сигнал, что пришли и попробовали посягнуть на его монополию. Именно поэтому его реакция была такой эмоциональной, он не может этого допустить. Ведь как только в республике чуть-чуть ослабнет его власть, будет выпущен джин из бутылки, прежде всего внутри чеченского общества.

    Читайте также:  Что забивает память телефона

    Но глава Чечни далеко не глупый человек и должен просчитывать варианты, как удерживать свою власть или что делать в случае, если нынешний баланс сил кардинально меняется?

    — Я думаю, что и он, и его окружение просчитывают разные варианты. Именно поэтому так важно ближневосточное направление политики Кадырова. Поэтому у него хорошие отношения с руководителями ряда арабских стран.

    У чеченской элиты есть собственность и бизнес в Турции, в Эмиратах и т.д. Это — запасные аэродромы, чтобы было куда, если что, переехать. Я думаю, что переезд — один из ключевых вариантов, которые они рассматривают, в том числе и потому, что все уже привыкли к мирной и достаточно роскошной жизни и хотят ее продолжать.

    — А готовы ли они воевать за свою власть?

    — Чеченцы столетиями воевали и умирали за свою родину. Но нынешняя власть, привыкшая к красивой жизни, при неблагоприятном для них раскладе, скорее всего, уедет из Чечни. Если, конечно, смогут уехать. Но если не получится, то не стоит забывать, что боевой опыт у этих ребят тоже есть.

    Дело в том, что Рамзан Кадыров представляет собой некий новый современный тип лидера в Чечне, одновременно совершенно ориентальный, иерархический, которого его сторонники называют падишахом. Некоторые возразят — какой же он современный, этот простой и не слишком академичный парень из деревни?

    Но простите, он строит прекрасные дороги, небоскребы, умные дома, привлекает новые технологии, активно пользуется интернетом и социальными сетями, ведет себя не так, как традиционные чеченские лидеры — вовсю демонстрирует свою семью (это не принято у чеченцев), танцует, тусуется с молодежью, дружит с байкерами. Но кроме того тренирует и вооружает по последнему слову свои силовые структуры.

    — По поводу армии Кадырова отдельный вопрос. Насколько опасны те 20000 вооруженных людей, которых продемонстрировал нам Рамзан Кадыров, в случае, если они обратят оружие против Москвы?


    Присяга на верность Кадырову и Путину, Грозный, 2015 год. Кадр YouTube

    — В условиях современной партизанской войны, большого количества воюющих не надо. Поэтому даже 1000 хорошо обученных и вооруженных людей — это не мало. В первой чеченской войне, которую российская армия проиграла, на стороне чеченцев в основном воевали те, у кого не то что особой подготовки, даже оружия не было.

    — Да, но у них была поддержка населения и идея независимости. Но у меня другой вопрос — насколько будут лояльны чеченские вооруженные структуры Кадырова самому Кадырову в случае, если он вынужден будет защищать свою власть?

    Подчеркну, что мы говорим о гипотетической ситуации нового витка конфликта Грозного с Москвой. И тут очень важно понимать, что первопричина конфликта — до сих пор актуальна. Чеченский сепаратизм не умер. Он живет на кухнях, он живет в эмиграции, он спит.

    Вряд ли Рамзан Кадыров может стать преемником Джохара Дудаева. Поменять стороны второй раз не получится…

    — Я задавала этот вопрос бывшим боевикам, абсолютно убежденным сепаратистам, которые воевали и были амнистированы: возможен ли у них альянс с Кадыровым? Они отвечали, что возможен и это будет стратегический альянс против России на определенный момент. Потому что у Кадырова деньги, вооруженные структуры, то есть у него — ресурс. И если все это будет способствовать достижению главной цели — независимости Чечни, то для этих людей такой союз будет выгоден. Ну а потом, говорили они мне, когда мы достигнем своей цели, мы с него спросим.

    — Получается, что если завтра что-то изменится, то у Кадырова два варианта: первый — бежать. По второму варианту объединить людей вокруг него может только идея сепаратизма?

    — Первый вариант — спокойно жить в составе России, соблюдать ее законы и конституцию и найти общий язык с новой российской властью. Второй — в случае противостояния с Москвой — объединить людей вокруг идеи создания национального государства на территории Чечни, в русле которой он, собственно говоря, и легитимирует свою власть. В докладе мы анализируем его идеологию и показываем, что он делает ставку на чеченский национализм, суфийский исламизм и традиционализм. Он поддерживает традиционный чеченский суфизм, чеченский язык, музыку, краеведческие музеи, внешние символы «чеченскости». Он поднимает старые вопросы, связанные с территориальными претензиями к соседям. В своих обращениях на чеченском языке, для внутреннего потребления, он пытается доказать чеченцам, что дает им широкие возможности для самоопределения, что у него тут чеченское государство, опирающееся на свои вековые традиции и религию. И части чеченских сепаратистов времен Дудаева-Масхадова вполне приятно слышать такую риторику. По крайней мере, многие из них критикуют российские власти гораздо сильнее, чем за те же грехи — Кадырова. Но все-таки в данный момент лояльность «армии Кадырова» сильно преувеличена. Для многих служба в вооруженных структурах Чечни — это в первую очередь способ прокормить свои семьи. За пределами Чечни распространено мнение, что Кадырову нет замены. Только он может удержать власть. На самом деле, я думаю,

    80% чеченского МВД были бы счастливы, если бы министерство возглавил более мягкий и менее лояльный Кадырову силовик — вроде Евкурова,который при этом «в доску» лоялен федеральной власти.

    И все же система воздействия на этих людей у Кадырова есть — написали же они 10 000 рапортов, что готовы выполнить любой приказ. Но это — пока существует нынешний баланс сил. Если он нарушается, тут значение будет иметь то, как мы все будем выходить из этой ситуации. Если не будет четкого плана мягкой трансформации существующей модели, в первую очередь, значительно большей интеграции чеченской полиции в федеральные структуры, то в условиях конфликта неминуемо возникнет ситуация, при которой часть чеченского МВД почувствует, что им некуда деваться, что у них есть враги и нет больше средств к существованию. И если Кадыров им обеспечит работу и защиту, то они сохранят лояльность Кадырову

    — Вы говорите об ограничении власти Кадырова над местными силовиками. Но возможно ли это?

    — Да, именно это мы рекомендуем. Наши критики говорят: многое из того, что мы рекомендуем, сложно сделать. Тем не менее, именно ограничение власти Кадырова, приведение его полномочий и практик его силовиков в соответствие с российской конституцией — один из наиболее важных первых шагов на пути мирной трансформации существующей модели. Последние пару лет мы наблюдали, что все федеральные структуры — начиная с Генеральной прокуратуры и Верховного суда РФ и заканчивая МВД и СКР — продемонстрировали понимание ситуации, желание и даже реальные попытки идти этим путем. Но всегда сверху была политическая установка, которая не поддерживала или пресекала такие попытки. Или, в крайнем случае, работала на восстановление нынешнего баланса, примиряя конфликтующие стороны. Но, что важно, каждый раз режим Кадырова демонстрировал восприимчивость к таким сигналам. Этот режим очень гибкий, очень сенсорный, с обостренным чутьем и это оставляет небольшой шанс на то, что трансформация все-таки возможна. И в этом, как ни странно, должна быть заинтересована и нынешняя чеченская власть.

    Чеченский конфликт – это ситуация, которая возникла в России в первой половине 90-х годов, вскоре после распада Советского Союза. На территории бывшей Чечено-Ингушской автономной ССР усилилось движение сепаратистов. Это привело к скорому провозглашению независимости, а также образованию непризнанной республики Ичкерия и к двум Чеченским войнам.

    Предыстория

    Предыстория чеченского конфликта берет свое начало еще в дореволюционный период. Русские переселенцы на Северном Кавказе появились в XVI веке. Во времена Петра I русские войска стали осуществлять регулярные походы, которые вписывались в общую стратегию развития государства на Кавказ. Правда, в то время не было цели присоединить Чечню к России, а лишь поддерживать спокойствие на южных границах.

    Читайте также:  Язык облизывающий губы картинки

    С начала XVIII века регулярно проводились операции по усмирению неуправляемых племен. К концу столетия власти начинают предпринимать шаги к укреплению своих позиций на Кавказе, начинается настоящая военная колонизация.

    После добровольного вступления Грузии в состав России, появляется цель завладеть всеми северокавказскими народами. Начинается Кавказская война, наиболее ожесточенные периоды которой приходятся на 1786-1791 и 1817-1864 годы.

    Россия подавляет сопротивление горцев, часть из них переселяется в Турцию.

    Период советской власти

    В годы советской власти образуется Горская ССР, в состав которой входят современные Чечня и Ингушетия. К 1922 году из нее выделяется Чеченская автономная область.

    В годы Великой Отечественной было принято решение о принудительном выселении чеченцев из-за дестабилизации обстановки в республике. За ними отправились и ингуши. Их переселили в Киргизию и Казахстан. Переселение проходило под контролем НКВД, руководил им лично Лаврентий Берия.

    В 1944 году всего за несколько недель были переселены около 650 тысяч человек. По оценкам современных историков, более 140 тысяч из них погибли в первые несколько лет ссылки.

    Существовавшую к тому моменту Чечено-Ингушскую ССР ликвидировали, восстановлена она была только в 1957 году.

    Зарождение идей сепаратизма

    Современный чеченский конфликт зародился во второй половине 80-х годов. Стоит отметить, что никаких экономических обоснований для этого в то время еще не было. Республика была одной из беднейших, преимущественно существовала на дотации из центра.

    В Чечне велась нефтедобыча, но на очень низком уровне, а других природных ресурсов не было вовсе. Промышленность была завязана на нефти, которую привозили из областей Западной Сибири и Азербайджана. Многие чеченцы, которые вернулись после депортации, не нашли работу, поэтому жили натуральным хозяйством.

    При этом сепаратистское движение очень быстро получило поддержку на селе. Формировалась она лидерами со стороны, теми, кто делал карьеру за пределами Чечни, потому что местных чиновников все устраивало. Так, одним из лидеров стал "рабочий" поэт Зелимхан Яндарбиев, который убедил вернуться на историческую родину и возглавить национальное восстание единственного на тот момент чеченского генерала в советской армии – Джохара Дудаева. Он командовал в Эстонии дивизией стратегических бомбардировщиков.

    Зарождение чеченского государства

    Многие находят корни современного чеченского конфликта в 1990 году. Именно тогда родилась идея создания отдельного государства, которое вышло бы из состава не только России, но и Советского Союза. Была принята Декларация о суверенитете.

    Когда в 1991 году в СССР был инициирован референдум о целостности Советского Союза, в Чечне и Ингушетии его проводить отказались. Это были первые попытки дестабилизировать обстановку в регионе, стали появляться экстремистские лидеры.

    В 1991 году Дудаев приступил к созданию независимых органов управления в республике, которые не признавались федеральным центром.

    Независимая Чечня

    В сентябре 1991 года в Чечне состоялся вооруженный переворот. Местный Верховный Совет был разогнан представителями бандформирований. Формальным поводом стало то, что партийные боссы в Грозном 19 августа поддержали ГКЧП.

    Российский парламент согласился на создание Временного высшего совета. Но уже через три недели Общенациональный конгресс чеченского народа, который возглавлял Дудаев, распустил его, объявив, что принимает на себя всю власть.

    В октябре национальная гвардия Дудаева заняла Дом профсоюзов, в котором обосновался Временный высший совет и КГБ. 27 октября Дудаев был провозглашен президентом Чеченской республики.

    Прошли выборы в местный парламент. По оценкам экспертов, в них приняли участие около 10 процентов избирателей. При этом местами на участках проголосовало больше людей, чем избирателей к нему было приписано.

    Конгресс Дудаева объявил всеобщую мобилизацию и привел в готовность собственную Национальную гвардию.

    1 ноября Дудаев издал декрет о независимости от РСФСР и СССР. Его не признали ни российские власти, ни иностранные государства.

    Противостояние с федеральным центром

    Чеченский конфликт обострялся. 7 ноября Борис Ельцин объявил чрезвычайное положение в республике.

    В марте 1992 года парламент Чечни утвердил конституцию, объявившую Чечню независимым советским государством. В то время процесс вытеснения русских из республики принял характер настоящего геноцида. В этот период процветала торговля оружием и наркотиками, беспошлинный вывоз и ввоз, а также хищение нефтепродуктов.

    При этом не было единства в чеченском руководстве. Ситуация обострилась настолько, что в апреле Дудаев распустил местные органы власти и начал руководить в ручном режиме. Оппозиция запросила помощи у России.

    Первая чеченская война

    Вооруженный конфликт в Чеченской республике официально начался с указа президента Ельцина о необходимости пресечь деятельность незаконных вооруженных формирований. Отряды МВД России и Минобороны вошли на территорию Чечни. Так начался чеченский конфликт 1994 года.

    На территорию республики вошли около 40 тысяч военных. Численность чеченской армии составляла до 15 тысяч человек. При этом на стороне Дудаева сражались наемники из стран ближнего и дальнего зарубежья.

    Мировая общественность не поддержала действия российских властей. В первую очередь США требовали мирного урегулирования конфликта.

    Одним из самых кровопролитных сражений стал штурм Грозного в новогоднюю ночь 1995 года. Велись ожесточенные бои, только к 22 февраля удалось установить контроль над чеченской столицей. Уже к лету дудаевская армия была практически разбита.

    Ситуация повернулась после нападения боевиков под командованием Басаева на городе Буденновск в Ставропольском крае. Теракт привел к гибели 150 мирных жителей. Начались переговоры, которые парализовали силовики. Полный разгром дудаевских войск пришлось отложить, они получили передышку и восстановили силы.

    В апреле 1996 года Дудаев был убит ракетным ударом. Его вычислили по сигналу спутникового телефона. Новым руководителем Чечни стал Яндарбиев, который в августе 1996-го подписал с секретарем Совета безопасности РФ Александром Лебедем Хасавюртовское соглашение. Вопрос о статусе Чечни был отложен до 2001 года.

    Подавить сопротивление сепаратистов в российско-чеченском конфликте так и не удалось, несмотря на значительное превосходство в силе. Свою роль сыграли нерешительность военного и политического руководства. А также ненадежные границы на Кавказе, из-за чего боевики регулярно получали из-за рубежа деньги, оружие и боеприпасы.

    Причины чеченского конфликта

    Если подытожить, то важными причинами конфликта стало негативное социально-экономическое положение. Эксперты отмечают высокий уровень безработицы, сокращение или полную ликвидацию производств, задержку пенсий и зарплат, социальных пособий.

    Все это усугублялось демографической ситуацией в Чечне. Большое количество людей переезжали в город из деревни, а это способствовало вынужденной девиации. Свою роль играли и идеологические компоненты, когда в ранг стали возводиться криминальные критерии и ценности.

    Существовали и экономические причины. Декларация чеченской независимости провозглашала монополию на промышленные и энергоресурсы.

    Вторая чеченская война

    Вторая война продолжалась фактически с 1999 по 2009 годы. Хотя самая активная фаза пришлась на первые два года.

    Что же привело к этой чеченской войне? Конфликт возник после формирования пророссийской администрации, которую возглавил Ахмат Кадыров. В стране была принята новая конституция, которая утверждала, что Чечня является частью России.

    У этих решений было немало противников. В 2004 году оппозиция организовала убийство Кадырова.

    Параллельно существовала самопровозглашенная Ичкерия, которой руководил Аслан Масхадов. Его уничтожили в ходе спецоперации в марте 2005 года. Российские силовики регулярно уничтожали лидеров самопровозглашенного государства. В последующие годы ими были Абдул-Халим Садулаев, Докку Умаров, Шамиль Басаев.

    С 2007 года президентом Чечни стал младший сын Кадырова Рамзан.

    Решением чеченского конфликта стало решение самых насущных проблем республики в обмен на лояльность ее руководителей и народа. В кратчайшие сроки было восстановлено народное хозяйство, отстроены города, созданы условия для работы и развития внутри республики, которая сегодня официально входит в состав России.

    Комментировать
    0 просмотров
    Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

    Это интересно
    Adblock detector